[09.10.2001] Возможен ли ренессанс коммунистических идей в России?

Разговоры о политике, политиках и политических партиях. Строго запрещено обсуждение личностей всех пользователей форума, в том числе модераторов
Ответить
Михаил Елфимов
Активный писатель
Сообщения: 145
Зарегистрирован: 21 ноя 2005, 01:35
Откуда: Новосибирск
Контактная информация:

[09.10.2001] Возможен ли ренессанс коммунистических идей в России?

Сообщение Михаил Елфимов » 24 ноя 2005, 23:07

Возможен ли ренессанс коммунистических идей в России?

Теоретики истории цивилизации до сих пор не могут сговориться между
собой относительно того, играет ли положительную роль утопическая
теория? Впервые подобные теории появились в начале XVII века. В 1602 г.
появляется "Город Солнца" Томмазо Кампанелла, где делается попытка
предложить альтернативу режиму католических священников, которые, с
одной стороны, якобы хотят осчастливить человека, а с другой стороны,
сажают в темницу тех, у кого есть идеи на этот счет. Довод заключается
в том что подобные вещи нельзя делать без и помимо церкви. В 1627 г.
британский государственный деятель и философ Фрэнсис Бекон публикует
"Новую Атлантиду", где высказывает предположение, что в улучшении
структуры общества должны принимать участие хорошо информированные
люди, которых позже назовут учеными. Однако проект Бекона был высмеян
его современниками из-за того что государственным строем была названа
просвещенная монархия.

В 1656 г. вышла "Республика Океания" Джеймса Гаррингтона, где он
пытается дополнить Бекона, выбрав республиканский строй для
просвещения.

Все эти три публикации в той или иной степени развивали идеи Томаса
Мора (канцлера Английского Королевства). Этот государственный деятель
был любителем мистификаций. Он любил сочинять невероятные истории чтобы
развлекать свое окружение. Одной из таких мистификаций был "остров
Утопия" - антипод современной ему Англии, терзаемой налогами, нищетой и
коррупцией. На сей раз ближайшее окружение канцлера хохотать не стало,
как всегда, и отправило своего хозяина на эшафот: обвинение - раскрытие
государственных тайн.

Историки, с одной стороны, высмеивают утопии, но с другой стороны,
признают, что некоторые из утопий существенно влияют на ход
исторического развития. Например: его идеи (Томаса Мора) пытались
осуществить в Америке; сельские и ремесленные комунны в Мексике;
иезуитсякие миссии в Парагвае и их последующие повторения в США.
Характерной особенностью этих экспериментов былотеократическое
государсство (во главе государства стоял священник). Несмотря на то,
что все эти попытки кончились неудачей, мыслители нашли главное
препятствие - а именно: желание некоторых руководителей под лозунгом
борьбы за счастье, установить свою личную власть и эту власть никому не
отдавать.

Таким образом, новые социальные иждивенцы (паразиты) начинают свою
жизнь реальными заслугами перед благосостоянием трудящихся. Но кончают
тем, что объявляют сумасшедшими тех, кто умнее их. Как это похоже на
биографию Л. И. Брежнева! Пламенный металлург, пришедший в партийный
аппарат заполнять места после массовых репрессий 30-х гг., участник
войны с первых дней до парада победы, в котором лично принимал участие.
Активный участник послевоенного восстановления промышленных объектов на
Украине и освоение целинных и залежных земель в Казахстане и т.д. и
т.п. Однако именно при Брежневе с 1972 г. по 1982 г. экономика нашей
страны каждый год была хуже предыдущего. Неизвестно, куда делись
дополнительные 163 миллиарда долларов, которые были получены от
неожиданного повышения цены на нефть в 70-х гг. Пикантным является то,
что многие мыслители нашей партии закончили свою жизнь в
психиатрических больницах, т.е. Брежнев повторил то же, что и
руководители утопических комунн в Мексике, Парагвае и США. Отсюда можно
сделать вывод, что в истории также могут существовать законы, которые
мы можем наблюдать в физике и математике, т.е. существуют какие-то
инварианты исторических событий.

Однако Брежнев и компания - это прошлое. Мы имеем дело с Зюгановым и
Анпиловым, а это уже горькое настоящее. Не станем отрицать, что Зюганов
формально защищает интересы трудящихся. Мы также знаем, что фактическим
руководителем КПРФ является его первый заместитель В. Купцов -
аппаратчик самой высокой квалификации. Но если Купцов реально
отрабатывает свой хлеб, то Зюганов явно недорабатывает, ибо, будучи
формально доктором философских наук, он не хочет (или возможно не
может) выполнять свою главную обязанность - ответить на вопрос, в чем
ошибся Карл Маркс, который хорошо знал, что утопия Томаса Мора имела
ввиду нечистоплотность британских сборщиков налогов. "Город Солнца"
Капанеллы имел ввиду засилие в государственной власти церковных
деятелей. В "Новой Атлантиде" Бекона разрабатывались проблемы народного
просвещения, которые действительно были реализованы последующими
поколениями. А в "Республике Океании" Гаррингтона было доказано, что
республиканский строй О. Кромвеля является тупиком - уж если
единовластие, то лучше наследственная монархия. Все эти аспекты Карл
Маркс изучал досконально и отразил в своих произведениях. Таким
образом, Зюганов, несоменно присвоив себе звание доктора философских
наук, исключил возможность другим докторам философских наук приход к
власти вместо его во главе КПРФ. Отвращение Зюганова-философа к
теоретической работе - в лучшем случае его желание быть больше ленинистом
чем марксистом, т.е. предпочтение тактических вопросов перед
теоретическими вызывает презрение и игнорирование его со стороны
мыслящих умов России. Таким образом, Зюганов является препятствием в
непосредственной связи между мыслителями и трудящимися нашей страны.
Внутри КПРФ, как было и внутри КПСС, нет механизма утилизации таких
авторитетов как Зюганов. Вся жизнь Зюганова является полным воплощением
биографии позднего Брежнева, т.е. беззастенчиво вести паразитический
образ жизни, опираясь на прошлые заслуги.

Между прочим, этот феномен хорошо напоминает жизнь некоторых ученых,
которые, понахватав много научных титулов (вплоть до академиков),
начинают скрывать от всех то обстоятельство, что они перестали быть
информагенами. Тогда, по их рекомендациям происходит много трагедий,
например: нобелевский лауреат Семенов рекомендовал советскому
правительству отобрать многие институты из Академии наук и передать их
в ведение министерств (конец 60-х гг.). Судьба переданных институтов
весьма печальна... Лишь десятилетие спустя было доказано, что процесс
внедрения невыполним, если функционерам внедрения дают только зарплату.
Таким образом, эти институты, с одной стороны, не способствовали
внедрению, а с другой стороны, перестали быть академическими
институтами. Полная аналогия между биографиями позднего Брежнева и
позднего Семенова свидетельствует о том, что мы находимся на открытии
нового социального феномена - каким образом подлинный академик
становится липовым академиком (и это никого не волнует), и каким образом
полезный политический деятель превращается в заклятого врага
трудящихся. Мы начали с описания утопии, однако не сказали, почему
утопии играют реальную роль в истрории человечества? Во-первых, потому
что ее создают люди, как правило глубоко связанные с политической,
социальной и экономической реальностью своего времени. Во-вторых,
утопические проекты заставляют критически осмыслить данную эпоху.
В-третьих, любой подобный проект воображаемого государства является
попыткой "изобрести" будущее. Этой последней функцией характеризуется
отличие между утопией и идеологией. Утопия - то, что порождает надежду,
а идеология всегда поддерживается правящими классами и отражает их
интересы. Вопрос лишь в том, в какой степени эти интересы совпадают с
интересами трудящихся.

В свете сказанного необходимо рассмотреть феномен Анпилова и его
окружения. Сначала следует ответить на вопрос, почему у Зюганова больше
сторонников, чем у Анпилова? Ответ: Зюганов, кроме абстрактной
справедливости, фигурирующей и у Анпилова тоже, учитывает и интересы
оставшейся не у дел бывшей партноменклатуры, находит способы сохранить
эту прослойку в составе партии власти, пусть на второстепенных ролях;
разумеется, никто не мешает Анпилову и его друзьям ответить на вопрос:
в чем ошибся Карл Маркс и Ленин, чтобы самим вырвать руководство
рабочим классом у Зюганова.

Зюганов и его друзья этого не боятся, т.к. администрации всех
государственных систем и идеологии всегда недолюбливали теоретиков, и
тем самым, впадали в тоталитаризм. Итак, благие намерения Анпилова и
его друзей не вызывают симпатии у тех, кто де-факто обладает властью,
но сами не любят руководить, и всегда приглашают на эту функцию или
руководителей политических партий, или руководителей общественных
организаций. Чтобы идеи Анпилова были конструктивными, он должен
предложить механизм, регламентирующий, каким образом утилизировать
липового академика, который до этого был достоверным академиком;
каким образом не обижать заслуженных людей и вместе с тем, найти
достойное место бывшему академику, переставшему быть им?

В этом отношении характерна статья Энгельса "Об авторитете". Здесь
классик марксизма вплотную подходит к теме бывшего авторитета -
основного генератора идеологии тоталитаризма. Однако, классикам
марксизма не удалось эту идею доработать до конца. Поэтому нерешенная
проблема бывшего авторитета ежечасно, ежесекундно порождала
тотатитаризм. Это очень хорошо прослеживается у большевиков. Но и они
не посмели перешагнуть Рубикон. Например: предлагалось функцию
ревизионной комиссии ЦК передать комитету по партийным традициям, куда
автоматически переходили бы члены Политбюро, перешагнувшие возраст 63
года (возраст Карли Маркса при смерти). Этому помешала структура КГБ,
ибо человек не мог попасть в Политбюро, если у него не было доверенных
лиц в составе КГБ. Таким образом, проблема бывших авторитетов в
Политбюро не была решена, и их руководство становилось все менее
эффективным.

Таким образом, единственной перспективой Анпилова - захватить власть в
рабочем движении - является разработка проблем политической
интеллектики, одной из разделов которой является проблема бывшего
авторитета.

История оставила нам обширный материал для изучения этого дела. Можно
начать с разработки более перспективных вещей: что послужило причиной
тому, что уровень жизни в Южной Корее догнал и перегнал уровень жизни
Северной Кореи? Ответ: южнокорейская наука была в значительной степени
равноправным партнером южнокорейского госудраства, в то время как в
Северной Корее государство само решало, на каких ученых опираться, а
каким ученым запрещать вход в науку. И здесь проблема устаревших
авторитетов держит северокорейских трудящихся в нищете. Аналогичный
вопрос возникает в связи с историей ГДР: объединенное германское
руководство упразднило Академию наук ГДР, т.к. оно знало, что все
удачное, что было в ГДР - это заслуга не только ГДРовских коммунистов,
но и германской Академии наук. Очевидно, что проблема бывшего
авторитета затронула и бывшую ГДРовскую Академию наук. Совершенно
ясно, что ГДРовская разведка также питалась результатами местных
академиков, но когда ученые стали бывшими, разведка перестала
замечать направления политических событий: хорошо организованная
ГДРовская разведка знала все семейные секреты западногерманских
высших чиновников. Однако развердка ГДР не поняла, что главным
источником общественного благополучия в ФРГ является не роль
госдеятелей ФРГ, а руководство общества им. Фраунгофера, которое
поставляло в руководство стат-секретарей (замминистров) своих
представителей, которые де-факто были министрами. Таким образом,
западногерманский внедренческий сектор стал равноправным партнером
немецкого государства, обеспечивая тем самым успех его внешней
торговли.

Однако Россия живет в окружении мощных государств с рыночной системой
экономики. По крайней мере, два десятилетия Росиия не может себе
позволить вернуться к коммунистической системе, поэтому о прямом
возврате не может быть и речи. Другое дело что уже в самих капстранах
широко применяется участие рабочих и их ноу-хау в модернизации
промышленного производства. Эта система должна найти свое место в
России и тем самым открыть дорогу фондодержателям к подлинным
авторитетам.

Завершая статью, можно сказать, что новая госсистема в любом
государстве должна быть системой, в той или иной степени решающей
проблемы бывшего авторитета. А для политических деятелей должен
проводиться тест на состоятельность - право заниматься политической
деятельностью: как они собираются решать проблему бывших авторитетов и
в науке, и в производстве, и в политической жизни. Тогда наследники
большевиков будут иметь моральное право утверждать, что их даетельность
не приведет к тоталитаризму.

Вопрос лишь в том, способны ли они на это, и найдутся ли люди, которые
будут заниматься авторитетом Анпилова или Зюганова?

М. Елфимов,
А Арустамян

melfimov.narod.ru

Ответить
  • Похожие темы
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение

Вернуться в «Политика»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 2 гостя